Тофалары. Последние неизвестные
Жизнь, история, быт, культура и вера малочисленного коренного народа Приангарья
![Тофалары. Последние неизвестные](https://nts-tv.ru/nts/sites/default/files/styles/large/public/evergreen/IMG_20240419_081123_540.jpg)
Россия – удивительное место. В ней живёт так много народов, что даже запомнить всех непросто. Среди них скромно и незаметно притаились тофалары – самые южные оленеводы Сибири и один из малочисленных народов нашей необъятной и многонациональной страны.
Когда русские пришли в Сибирь, они обнаружили, что эти земли совсем не пустынные, а живут здесь коренные народы, в том числе кочевники, называвшие себя тофами и обосновавшиеся на склонах Восточных Саян.
Сказать точно, как и когда этот народ появился здесь, сложно. Есть версии, что они произошли от племени дубо, упоминаемого в древних китайских летописях как народ, который живёт восточнее Енисея. Но сами тофы отрицают это и поддерживают мнение, что их предки в начале XIII века, спасаясь от войн и мобилизации в армию монгольского завоевателя Чингисхана, кочевали по Сибири. В любом случае, они пришли на эти земли раньше русских.
400 экспонатов, собранных четырьмя музеями.
До 19 мая в отделе истории Иркутского областного краеведческого музея проходит выставка «Тофалары. Последние неизвестные», рассказывающая о жизни тофов, их истории, быте, культуре и вере.
В ней собрано более 400 уникальных предметов и фотографий из фондов четырёх музеев Иркутска, Новосибирска, Санкт-Петербурга и Москвы. Все экспонаты были собраны теми немногими исследователями и путешественниками, которым удалось побывать в Тофаларии в начале XX века.
Здесь представлены одежда, атрибуты, обувь, посуда, орудия народного промысла. Есть посвящённые тофаларским шаманам стенды, где расположены их одеяния и большие самодельные бубны. Дополнена выставка редкими фотографиями, например, женщины-шамана, оленеводов, ребятишек, венчания и крещения.
Олени, суглан и чум.
Тофалары вели кочевую жизнь среди тайги, гор, рек, что отразилось на их укладе и культуре. В основном они занимались оленеводством. Олени были кормильцами, способом передвижения, источником шкур и нитей. Позже тофы стали заводить лошадей, свиней, коров. На втором месте стояла охота. Добывали лосей, изюбров, соболей, белок, кабаргу. При этом ходили не по одиночке в тайгу, а всей компанией родственников-однофамильцев. Пока остальные медленно добирались до назначенного места, один или несколько человек ловили добычу. Конечно, тофы ещё и активно рыбачили.
Жили они в чумах – жилище, подобном шалашам. Каркасом служили жёрдочки, а сверху укладывалось покрытие: береста – летом, замша – зимой.
Питались однообразно и несколько скудно. Рацион состоял из мяса, рыбы, диких растений, хлеба и подсоленного чая с оленьим молоком.
- Год у них выглядел так: в декабре и январе тофалары пережидали сильные морозы, в феврале и марте охотились, с апреля до самой осени занимались оленеводством и перекочёвками, а с сентября до середины декабря вновь выходили на охоту, - рассказывает Игорь Сеченов, заведующий отделом истории Иркутского областного краеведческого музея.
Одежда была соответствующей климату и жизни в тайге. Зимой они носили распашные шубы, меховые штаны, унты из камуса и конусообразные шапки с отворотом. Летом переодевались в просторную лёгкую одежду и обувь из шкуры. Мужчины также надевали тон – это пиджак, или шуба, а на голову – картузы и шляпы. Женщины в качестве верхней одежды использовали халат или тканую шубу и дополняли образ украшениями из стекла, металла и природных материалов. К XX веку тофы стали одеваться в русско-народную одежду, а для шитья – покупать китайские и бурятские ткани. Не обходились они и без специальных сумок под разные принадлежности.
Как буряты и эвенки, тофалары проводили суглан – трёхдневное собрание, на которое съезжались все семьи для решения различных дел и вопросов, выборов новой администрации, сдачи налога и пушнины. Тогда же осуществляли религиозные обряды и празднования. Большой суглан устраивали под конец года. Был второй суглан – осенний. Его организовывали жители отдалённых угодий, которые не могли посетить всеобщее собрание.
Тофалары исповедовали шаманизм и верили, что природу контролируют духи. Проводниками между миром живых и духов были шаманы. Становились ими потомки шаманов, люди с особенной внешностью и те, кто нашёл священный предмет. Они проводили не только обряд общения с духами камланием, но и предсказывали будущее, лечили людей и животных, посвящали домашних оленей для благополучия и удачной охоты. Хоть тофов и пытались крестить, а на сугланах проводить христианские обряды, православие среди них не прижилось.
У них есть свой язык – тофаларский, принадлежащий к алтайской языковой семье, схожий по строю с тюркским языком. Содержит 30 гласных и 27 согласных звуков. Вплоть до конца XX века он был устным, письменность разработали только в 80-х годах. После этого язык стал немного возрождаться.
Как изменилась жизнь тофов с приходом русских?
Русские прозвали тофов карагасами, что в переводе тюркского означает «чёрный гусь» и, скорее всего, изначально название принадлежало одному из тофаларских родов, а после распространилось на весь народ. В XVII веке их приняли в состав Российской империи. Так они и остались соседствовать с русскими, ведя полукочевой образ жизни. Но если раньше тофы были данниками бурятских князцов, то после стали платить налог новым правителям.
Спустя два столетия тофы осели, лишь два раза в год меняя место жительства для зимнего и летнего промыслов. Однако с этого момента их стали притеснять: то охотники, то купцы, то промышленники. А они уходили всё дальше и дальше в тайгу и в итоге остановились на небольшой западной территории современного Нижнеудинского района Иркутской области.
Пришедшая после революции советская власть вмешалась в их жизнь: запретила язык и культуру, дала новое название – тофалары, подогнала под общую коллективизацию, вела антирелигиозную пропаганду. Были основаны три населённых пункта: Алыгджер, Нерха, Верхняя Гутара. Уже к 70-м годам поселения стали типичными советскими сёлами не с чумами, а с рублеными домами.
Кстати, примечательно, что тофы не участвовали в Великой Отечественной войне. Власти СССР понимали, что они слишком малочисленный народ, чтобы оправиться погибать в бою.
Тофалары продолжали заниматься оленеводством и охотничьим промыслом, но всё же постепенно стали терять самобытность, отходить от шаманизма и вековых традиций.
Настоящих тофаларов почти не осталось.
Говорят, что тофы вымирают. Но такое суждение не совсем верно. В XVII-XIX веках их насчитывалось порядка 400-500 человек. В наше время – 719 – согласно последней российской переписи 2021 года. Численность населения всегда была небольшой и особо не снижалась. Однако со временем чистокровность тофаларов становится всё меньше. Если вообще можно в этом случае о ней говорить.
- Дело в том, что доподлинно неизвестно происхождение тофаларов, а также то, через слияние каких народов они появились. Помимо этого, тофы на протяжении всей своей истории смешивались с другими этническими группами: монголами, тувинцами, эвенками, русскими. Да и сейчас им удаётся поддерживать численность только благодаря отношениям с иными народами, - объясняет Игорь Сеченов.
Так что истинных тофаларов сейчас практически нет. Даже родной язык знают далеко не все, а в школе детям его преподают лишь час в неделю.
Почему Тофалария до сих пор живёт?
Там, где живут тофалары, нет дорог, продукты и необходимые товары доставляют вертолётом раз в неделю из Нижнеудинска, и то не всегда, рейсы часто переносят из-за переменчивой погоды. Сохраняется нехватка врачей и в целом отсутствует работа. Оленеводство сошло на нет. Выживают местные за счёт охоты, продажи добытого и пенсий, которых порой не хватает, чтобы рассчитаться в магазинах.
И, казалось бы, пусть уезжают для собственного выживания, ведь вокруг столько малых и крупных городов, цивилизация и куча возможностей. Но, несмотря на это, тофалары выбирают остаться в родных краях. Некоторые, уехав за лучшей жизнью, возвращаются в поисках знакомой свободы и слияния с природой. Кто-то не хочет менять привычный уклад, к которому их приучили родители. Есть и те, кто не променяет сибирскую глубинку ни на какие блага человечества.
Местные активисты пытаются сохранять фольклор, проводить народные праздники, мастерить тематические сувениры, развивать туризм. Есть краеведческий музей при школе, Дом культуры, клубы и библиотеки с книгами на тофаларском языке, фольклорный ансамбль. Некоторые до сих пор исповедуют шаманизм, ходят в тайгу проводить обряды и петь песни о любви к родному краю.
Дарья КАЛИНИНА.
(12+)